«Газпрому» будет невыгодно возобновление прямых поставок газа в Украину

Минувший год был насыщенным событиями для Украины в энергетической сфере. «Нафтогаз» и «Газпром» подписали пятилетний контракт на транзит российского газа, а США остановили достройку обходного и невыгодного для Киева газопровода «Северный поток-2». О главных достижениях в украинской энергетике, а также перспективах развития собственной добычи газа, в эксклюзивном интервью UA.News рассказал эксперт по энергетике, советник по энергетическим вопросам премьер-министра Словакии в 2010-2012 годах и член группы советников правительства Украины в 2016-2019 годах Карел Хирман.

ИСТОЧНИК: UA.NEWS

Здравствуйте, Карел! В конце декабря Оператор ГТС Украины и «Газпром» подписали систему контрактов на транзит российского газа через Украину в страны ЕС. Как Вы оцениваете этот документ? Есть ли какой-то ущерб для интересов Киева отказ от исков против «Газпрома» на $12,25 млрд в Стокгольмском арбитраже и штрафа Антимонопольного комитета Украины в отношении «Газпрома» на $7,4 млрд?

Карел Хирман: Я считаю заключение транзитного контракта и всех связанных с ним договоров, успешным завершением этого сложного для Украины процесса. Мне не совсем понятны месседжи некоторых политиков, которые заявляют о сдаче позиций, плохом компромиссе и даже предательстве национальных интересов. Авторам столь резких оценок хотел бы напомнить, что ещё буквально в начале декабря президент и премьер-министр Российской Федерации публично заявляли, что только для старта газовых переговоров, НАК «Нафтогаз Украины» должен отказаться не только от новых исков к «Газпрому», но и от уже выигранного дела в Стокгольмском арбитраже, по решению которого российский монополист обязан выплатить украинской компании $2,9 млрд. Причём в ходе консультаций, РФ неоднократно пыталась навязать новый контракт сроком на один год с нефиксированными объёмами топлива.

Благодаря успешно проведённым переговорам, «Нафтогаз» и Оператор ГТС Украины, не только получили около $3 млрд, но и контракт на транзит газа сроком минимум на 5 лет, с объёмами, которые обеспечивают неплохую доходность ГТС, а также услуги транзита для «Газпрома» со стандартным принципом «качай или плати».

На основании публичной информации создаётся впечатление, что общие принципы договорённостей по транзиту, практически соответствуют европейским стандартам. Но есть одно важное исключение: «Нафтогаз» выполняет функцию посредника между заказчиком («Газпромом») и Оператором ГТС. То есть, на самом деле НАК-трейдер заказывает от имени «Газпрома» транзитные мошности у Оператора на входе на границе с Россией в Судже и на выходе в Ужгороде на границе со Словакией. Это и есть та «своп-операция», о которой говорили представители «Нафтогаза».

«Иски «Нафтогаза» против «Газпрома», а также штраф АМКУ, были поданы из-за угрозы остановки российской стороной транзита через Украину и выполняли роль шантажа в переговорном процессе»

Успех переговоров по транзиту, отчасти, связан и с отказом от новых исков, которые НАК ранее подала против «Газпрома» в Стокгольмском арбитраже на общую сумму $12,25 млрд. Я не считаю этот отказ проигрышем Киева, поскольку, во-первых, «Нафтогаз» не мог заблаговременно перед началом обсуждения в арбитражном суде, рассчитывать автоматически выиграть дело и получить от «Газпрома» эту компенсацию в полном объёме. На самом деле, иски играли роль своего рода шантажа или предварительной меры и были поданы из-за угрозы остановки российской стороной транзита через Украину. Но этого не произошло – контракт на транзит подписан, а продолжение рассмотрения исков, полностью утратило смысл.

Что касается штрафа Антимонопольного комитета Украины (АМКУ) против «Газпрома» на $7,4 млрд, то его суть была не совсем понятна. Хотим мы того, или нет, но российский монополист – это «клиент», который заказывает транспорт своего продукта (газа) через украинскую ГТС. Если Украина не хочет, чтобы «Газпром» использовал её «трубу», он не будет её использовать. Условия этой транспортировки «голубого топлива», всецело зависят от украинского законодательства, а также от условий Оператора ГТС Украины и от условий его партнёра – «Нафтогаза». Поэтому, если, допустим, «Газпром» нарушил антимонопольные принципы, то, в первую очередь, это должен был сделать Оператор ГТС или «Нафтогаз», а не только его российский клиент.

Далее, транзитный контракт заключён на 5 лет, с возможностью продления ещё на 10 лет. Мало это, или достаточно? Напомню, что контракт на транзит «голубого топлива» между «Газпромом» и Оператором ГТС Словакии «Eustream», подписан до 2028 года. Таким образом, по логистической цепочке, действует один украинско-словацкий транзитный коридор, и Оператор ГТС Украины вполне может рассчитывать на более, чем пятилетний контракт.

В то же время, дальнейшая судьба «газового контракта», будет преимущественно зависеть от факторов, на которые не способны повлиять ни Украина, ни Словакия. В первую очередь – от дальнейшего спроса на газ в Европе в контексте новых мер по «декарбонизации», а также перспектив развития электроэнергетики после закрытия атомных станции в Германии и других странах ЕС.

Возможно ли в ближайшее время возобновление прямых поставок российского газа в Украину? Насколько это выгодно и необходимо стране, или это суто политический вопрос?

Карел Хирман: Вопрос импорта газа будет актуальным для Украины до тех пор, пока страна будет потреблять больше топлива, чем добывает самостоятельно. В Украине уже действует реальный открытый рынок газа, как минимум для промышленных потребителей, потому этот вопрос не стоит политизировать. Если будут работать стандартные рыночные принципы, нужно оставить торговлю газом на самом рынке.

Заявления некоторых российских и украинских политиков о скидке на российский газ на 20 или 25% – это чистейшая демагогия, поскольку цена газа на европейском рынке постоянно меняется. В таких условиях, «Газпром» и его партнёры будут поставлять газ в Украину в условиях большого коммерческого риска такой непредсказуемости европейского рынка.

В то же время, утверждение, что Украина на самом деле импортирует российский газ из Европы, также не совсем корректно. Да, физикально это так. Но не стоит забывать, что каждый европейский трейдер приобретает тот же газ у «Газпрома» по разным ценам, а также у других поставщиков или на спотовых рыночных площадках. И в конечном итоге, каждый из них зависит от актуальной ситуации на рынке. Взгляните на европейский рынок: газ, который закупался на зиму, стоил намного дороже, чем он стоит сегодня. Даже если бы Украина закупила у «Газпрома» топливо со скидкой, которая действовала осенью минувшего года, оно и сегодня было бы очень дорогим.

«В 2020-м году в Европе и Украине будет наблюдаться избыток газа. Поэтому «Газпрому» следует задуматься, есть ли смысл договариваться с «Нафтогазом» о прямых поставках топлива»

Что касается тенденций, то в 2020-м году как в Европе, так и в Украине, будет, скорее всего, наблюдаться избыток газа. Потому мне кажется, что «Газпрому» следует очень глубоко задуматься, есть ли вообще смысл возобновлять прямые поставки топлива в Украину. Ведь эти объёмы будут составлять конкуренцию не только тому газу, который останется в украинских подземных хранилищах после теплой зимы, но и газу в европейских странах. Напомню, что частью избытков газа в Европе являются и 10 млрд кубометров топлива, которые ежегодно попадают в Украину в виде реверсных поставок. То есть, если «Газпром» начнёт напрямую продавать топливо «Нафтогазу» после нынешней теплой зимы, в Европе дополнительно останутся эти 10 млрд кубов. Это создаёт ещё больше «лишнего» газа, его цена ещё больше снижается, и для «Газпрома» возникает дополнительное снижение выручки и прибыли, которую монополист вряд ли компенсирует доходом от прямой продажи топлива в Украину. Рассматривать рыночные процессы в Украине без этого европейско-российского контекста, невозможно.

Немаловажным фактором является и достигнутая выше описанная контрактная схема по транзиту газа. Поскольку ключевую роль в ней играет самый большой трейдер Украины – «Нафтогаз» – продажа газа для «Газпрома» и самого «Нафтогаза», будет всецело зависеть от этого транзитного контракта, а также со связанными с ним рисками для обеих сторон. Напомню только об одном: со снижением закупок газа в Европе за счет прямых поставок в Украину, снизится и транзит газа через украинскую ГТС, поскольку, как я уже отметил, физически эти 10 млрд кубометров возвращаются реверсом в Украину из поставок, которые «Газпром» перекачивает через ГТС Украины. То есть прямые поставки из России и обьемы транзита через Украину в Европу – это взаимосвязанные вещи.

8 января в Стамбуле была торжественно открыта первая нитка газопровода «Турецкий поток». В церемонии приняли участие президенты Турции, России и Сербии, а также премьер-министр Болгарии. Первые поставки российского газа в Сербию запланированы на май 2020 года и составят около 3 миллиардов кубометров в год. Как эта магистраль изменит/повлияет на рынок газа в Восточной Европе и на Балканах? Что изменится для стран Западной Европы после вывода этой магистрали на полную мощность и полной достройки?

Карел Хирман: Объёмы потребления газа в Сербии и Болгарии невелики, они вместе буквально чуть выше, чем у нас в Словакии. После запуска «Турецкого потока», Украина потеряет, прежде-всего, транзит в Турцию – вот это будет действительно ощутимо.

Вопрос использования «Турецкого потока» для поставок сибирского газа далее через Турцию и страны Балканского полуострова, сейчас довольно призрачный, поскольку для стран центральной и восточной Европы, а также Италии, поставки «голубого топлива», как минимум на пять лет, обеспечены транзитом по ГТС Украины. Не секрет, что страны Европы рассматривают поставки топлива через газопровод «Северный поток-2» в качестве альтернативы транзита через Украину. Это потому, что они не сильно заинтересованы в турецко-балканском транзите.

Некоторые эксперты полагают, что «Турецкий поток» несёт большую угрозу и риски для транзитного потенциала Украины, нежели «Северный поток-2». В чём они заключаются?

Карел Хирман: Украина уже сразу в текущем году потеряет объёмы транзита газа, который ранее поставлялся для потребностей Турции, плюс несколько миллиардов кубометров для отдельных стран Балканского полуострова. В целом, потеря транзита составит около 15 млрд кубометров в год.

«Северный поток-2» пока что «завис в воздухе». Кроме того, есть решение суда Европейского союза об ограничении использования немецкого газопровода Opal, который распределяет газ из «Северного потока-1». Не исключено, что аналогичное ограничение может быть введено и в отношении газопровода Eugal, который выполняет функцию, похожую на «Северный поток-2». А вот у «Турецкого потока» либо нет таких рисков, либо они намного меньшие. Но всё же, влияние и доля этой магистрали на европейском газовом рынке существенно ниже, за исключением разве что внутреннего рынка Турции.

Продолжение следует…